Неточные совпадения
Зло порождает зло; первое страдание дает понятие о удовольствии мучить другого; идея зла не может войти
в голову человека без того, чтоб он не захотел приложить ее к действительности: идеи — создания органические, сказал кто-то: их рождение дает уже им
форму, и эта
форма есть действие; тот,
в чьей голове родилось больше идей, тот больше других действует; от этого гений, прикованный к чиновническому столу, должен умереть или
сойти с ума, точно так же, как человек с могучим телосложением, при сидячей жизни и скромном поведении, умирает от апоплексического удара.
Они мечтали и о шитом мундире для него, воображали его советником
в палате, а мать даже и губернатором; но всего этого хотелось бы им достигнуть как-нибудь подешевле, с разными хитростями, обойти тайком разбросанные по пути просвещения и честей камни и преграды, не трудясь перескакивать через них, то есть, например, учиться слегка, не до изнурения души и тела, не до утраты благословенной,
в детстве приобретенной полноты, а так, чтоб только соблюсти предписанную
форму и добыть как-нибудь аттестат,
в котором бы сказано было, что Илюша
прошел все науки и искусства.
«Не правы ли они? Может быть,
в самом деле больше ничего не нужно», — с недоверчивостью к себе думал он, глядя, как одни быстро
проходят любовь как азбуку супружества или как
форму вежливости, точно отдали поклон, входя
в общество, и — скорей за дело!
Как ни старался Левин преодолеть себя, он был мрачен и молчалив. Ему нужно было сделать один вопрос Степану Аркадьичу, но он не мог решиться и не находил ни
формы, ни времени, как и когда его сделать. Степан Аркадьич уже
сошел к себе вниз, разделся, опять умылся, облекся
в гофрированную ночную рубашку и лег, а Левин все медлил у него
в комнате, говоря о разных пустяках и не будучи
в силах спросить, что хотел.
Дамы раскрыли зонтики и вышли на боковую дорожку.
Пройдя несколько поворотов и выйдя из калитки, Дарья Александровна увидала пред собой на высоком месте большое, красное, затейливой
формы, уже почти оконченное строение. Еще не окрашенная железная крыша ослепительно блестела на ярком солнце. Подле оконченного строения выкладывалось другое, окруженное лесами, и рабочие
в фартуках на подмостках клали кирпичи и заливали из шаек кладку и равняли правилами.
На разъездах, переправах и
в других тому подобных местах люди Вячеслава Илларионыча не шумят и не кричат; напротив, раздвигая народ или вызывая карету, говорят приятным горловым баритоном: «Позвольте, позвольте, дайте генералу Хвалынскому
пройти», или: «Генерала Хвалынского экипаж…» Экипаж, правда, у Хвалынского
формы довольно старинной; на лакеях ливрея довольно потертая (о том, что она серая с красными выпушками, кажется, едва ли нужно упомянуть); лошади тоже довольно пожили и послужили на своем веку, но на щегольство Вячеслав Илларионыч притязаний не имеет и не считает даже званию своему приличным пускать пыль
в глаза.
Глядя на фигуру стоящего
в полной
форме японца, с несколько поникшей головой,
в этой мантии, с коробочкой на лбу и
в бесконечных панталонах, поневоле подумаешь, что какой-нибудь проказник когда-то задал себе задачу одеть человека как можно неудобнее, чтоб ему нельзя было не только
ходить и бегать, но даже шевелиться.
Рождество у нас
прошло, как будто мы были
в России. Проводив японцев, отслушали всенощную, вчера обедню и молебствие, поздравили друг друга, потом обедали у адмирала. После играла музыка. Эйноске, видя всех
в парадной
форме, спросил, какой праздник. Хотя с ними избегали говорить о христианской религии, но я сказал ему (надо же приучать их понемногу ко всему нашему): затем сюда приехали.
Ходил он
в плисовой поддевке и
в поярковом грешневике, [Поя́рковый грешневи́к — шляпа из овечьей шерсти (ярка — овца)
в форме блина (гречневый блин).] расцвеченном павьими перьями.
Бог Аполлон, бог мужественной
формы, все не
сходил в дионисическую Россию.
Не говоря о домашних отношениях,
в особенности при смерти его отца, панихидах по нем, и о том, что мать его желала, чтобы он говел, и что это отчасти требовалось общественным мнением, — по службе приходилось беспрестанно присутствовать на молебнах, освящениях, благодарственных и тому подобных службах: редкий день
проходил, чтобы не было какого-нибудь отношения к внешним
формам религии, избежать которых нельзя было.
Привалов видел, как постепенно черновая болванка, имевшая
форму длинного кирпича,
проходила через ряд валов, пока не превратилась
в длинную тонкую полосу, которая гнулась под собственной тяжестью и рассыпала кругом тысячи блестящих искр.
В отчете эта
форма описана так: «появлялась она преимущественно
в зимние месяцы, выражалась лихорадкою ремиттирующего типа, иногда с появлением roseola [сыпи (лат.)] и общим угнетением мозговых центров, через короткий промежуток времени 5–7 дней лихорадка
проходила, и наступало быстрое выздоровление».
Он уже окончил кадетский корпус и с гордостью считал себя юнкером, хотя с отвращением еще
ходил в кадетской
форме.
Жажда семейной ласки, материнской, сестриной, нянькиной ласки, так грубо и внезапно оборванной, обратилась
в уродливые
формы ухаживания (точь-в-точь как
в женских институтах «обожание») за хорошенькими мальчиками, за «мазочками»; любили шептаться по углам и,
ходя под ручку или обнявшись
в темных коридорах, говорить друг другу на ухо несбыточные истории о приключениях с женщинами.
Я приехал —
в самый возбужденный момент тогдашней внутренней политики — почти накануне торжества обнародования июньской конституции 1869 года, которая сохранила для Испании монархическую
форму правления. Торжество это
прошло благополучно. Республиканских манифестаций не было, хотя
в процессии участвовал батальон национальной гвардии и разных вооруженных обществ. Все это — весьма демократического вида.
Один из братьев Рагозиных был и моим мировым посредником, сам хороший, рациональный агроном, мягкий, более гуманный, с оттенком либерализма, который сказывался и
в том, что он
ходил и у себя и
в гостях
в русском костюме (ополченской
формы), но без славянофильского жаргона.
Вотчинные права барина выступали и передо мною во всей их суровости. И
в нашем доме на протяжении десяти лет, от раннего детства до выхода из гимназии, происходили случаи помещичьей карательной расправы. Троим дворовым «забрили лбы», один
ходил с полгода
в арестантской
форме; помню и экзекуцию псаря на конюшне. Все эти наказания были, с господской точки зрения, «за дело»; но бесправие наказуемых и бесконтрольность карающей власти вставали перед нами достаточно ясно и заставляли нас тайно страдать.
Я был тогда совсем маленький мальчик, еще даже не учившийся
в пансионе, но простота, с которой отец предложил вопрос, и его глубокая вдумчивость заразили меня. И пока он
ходил, я тоже сидел и проверял свои мысли… Из этого ничего не вышло, но и впоследствии я старался не раз уловить те бесформенные движения и смутные образы слов, которые
проходят, как тени, на заднем фоне сознания, не облекаясь окончательно
в определенные
формы.
Катерина Николаевна
сходила вниз,
в своей шубе, и рядом с ней шел или, лучше сказать, вел ее высокий стройный офицер,
в форме, без шинели, с саблей; шинель нес за ним лакей.
— Не общество. Я знаю, что
в нашем обществе такой же беспорядок, как и везде; но снаружи
формы еще красивы, так что, если жить, чтоб только
проходить мимо, то уж лучше тут, чем где-нибудь.
Показалось Александрову, что он знал эту чудесную девушку давным-давно, может быть, тысячу лет назад, и теперь сразу вновь узнал ее всю и навсегда, и хотя бы
прошли еще миллионы лет, он никогда не позабудет этой грациозной, воздушной фигуры со слегка склоненной головой, этого неповторяющегося, единственного «своего» лица с нежным и умным лбом под темными каштаново-рыжими волосами, заплетенными
в корону, этих больших внимательных серых глаз, у которых раек был
в тончайшем мраморном узоре, и вокруг синих зрачков играли крошечные золотые кристаллики, и этой чуть заметной ласковой улыбки на необыкновенных губах, такой совершенной
формы, какую Александров видел только
в корпусе,
в рисовальном классе, когда, по указанию старого Шмелькова, он срисовывал с гипсового бюста одну из Венер.
Прошло два месяца. Приговор о княжне Шестовой, посланный на Высочайшее утверждение, как состоявшийся над лицом дворянского звания, вернулся, объявлен
в окончательной
форме и вступил
в законную силу. Княжна была отправлена этапным порядком
в Москву
в пересыльный замок.
Сусанна, столь склонная подпадать впечатлению религиозных служб, вся погрузилась
в благоговение и молитву и ничего не видела, что около нее происходит; но Егор Егорыч,
проходя от старосты церковного на мужскую половину, сейчас заметил, что там, превышая всех на целую почти голову, рисовался капитан Зверев
в полной парадной
форме и с бакенбардами, необыкновенно плотно прилегшими к его щекам: ради этой цели капитан обыкновенно каждую ночь завязывал свои щеки косынкой, которая и прижимала его бакенбарды, что, впрочем, тогда делали почти все франтоватые пехотинцы.
Президенты демократических республик
ходят в жалком штатском виде, это огромное преимущество, но за ними также стоят войска, за ними
ходят адъютанты
в военной
форме.
Монархи всегда были военными,
ходили в военной
форме, появлялись окруженные своей гвардией.
Но смею думать, что это только диалектические особенности, ибо, ежели резюмировать наши убеждения
в кратчайшей
форме, отрешив их от диалектических приемов, а особенно ежели взять во внимание те практические применения, которые эти убеждения получают,
проходя сквозь горнило департамента,
в котором мы оба служим, то, право, окажется, что вся наша полемика есть не что иное, как большое диалектическое недоразумение.
Виссарион Захаревский
в полной мундирной
форме, несмотря на смелость своего характера, как-то конфузливо держал себя перед начальником губернии и напоминал собой несколько собачку, которая
ходит на задних лапках перед хозяином. Юлия, бледная, худая, но чрезвычайно тщательно причесанная и одетая, полулежала на кушетке и почти не спускала глаз с дверей: Виссарион сказал ей, что Вихров хотел приехать к Пиколовым.
Формы правления — прекраснейшие, климат — хоть
в одной рубашке
ходи, табльдоты и рестораны — и того лучше.
Тогда полковые еще как должно
ходили, с форсом,
в настоящей военной
форме, не то что как нынешние, вроде писарей.
Плюсна одной ноги у него была отрублена, он
ходил прихрамывая, с длинной палкой
в руке, зиму и лето
в легкой, тонкой поддевке, похожей на рясу,
в бархатном картузе странной
формы, похожем на кастрюлю.
Вот картина приличного ресторана
в Лондоне, и даже живущие
в этой гостинице не имеют права
сходить в это святилище еды, не облачившись
в установленную
форму.
Прошло много-много пять минут, как все паруса, точно волшебством, исчезли, убранные и закрепленные, и от недвижно стоявшего недалеко от адмиральского корвета «Коршуна», красивого и внушительного, с выправленным рангоутом и реями, со спущенными на воду шлюпками, уже отваливал на щегольском вельботе капитан
в полной парадной
форме с рапортом к адмиралу.
— Не послушался — и проиграл! А жаль Эюба, до слез жаль! Лихой малый и даже на турку совсем не похож! Я с ним вместе
в баню
ходил — совсем, как есть, человек! только тело голубое, совершенно как наши жандармы
в прежней
форме до преобразования!
Жизнепонимание общественное входило
в сознание людей веками, тысячелетиями,
проходило через разные
формы и теперь уже взошло для человечества
в область бессознательного, передаваемого наследственностью, воспитанием и привычкой; и потому оно кажется нам естественным. Но 5000 лет тому назад оно казалось людям столь же неестественным и страшным, как им теперь кажется учение христианское
в его настоящем смысле.
Штаб вышел на опушку. Ребята столпились вокруг него. Первый приз получил Лелькин взвод. Черновалов
в заключительном слове сказал, что
в общем политбой
прошел достаточно удачно, что это — очень многообещающая новая
форма массового политического воспитания. Но один был недостаток очень существенный.
Один столик
в форме каравая, на кривых ножках, очень стесняет хозяина, когда он
ходит взад и вперед.
Явилась даже спекуляция на Мутяшку: некоторые рабочие
ходили по кабакам, на базаре и везде, где сбивался народ, и
в самой таинственной
форме предлагали озолотить «за красную бумагу» [Красная бумага — десятирублевый кредитный билет.].
Пройдя мимо стоявших
в парадной
форме у дверей подобострастно кланявшихся ему камер-лакеев, Чернышев вошел
в приемную.
Голова его была обрита удовлетворительно; но, оглядев себя внимательно
в зеркальце, он заметил, что как будто не совсем гладко на голове; показывались чуть видные ростки волос, и он немедленно
сходил к «майору», чтоб обриться совершенно прилично и по
форме.
17 сентября генерал Багратион был потребован к фельдмаршалу, которого застал
в полной парадной
форме и во всех орденах. Он шибко
ходил по палатке и против своего обыкновения не приветил своего любимого сослуживца не только словом, но даже и взглядом. Казалось, он не видел его и был сильно чем-то встревожен. Лицо его было важно, величественно.
Эти впечатления не
прошли бесследно для Александра Васильевича и
в другом отношении. Он переживал время возмужания, время окончательного физического развития, он делался мужчиной, а это именно та пора, когда образ существа другого пола волнует кровь, мутит воображение. Образ истерзанной кнутом и ножом палача красавицы так запечатлелся
в уме молодого Суворова, что красивые
формы женского тела если и рисовались
в его воображении, то всегда сопровождались воспоминаниями об этой холодящей мозг картине.
— Не общество. Я знаю, что
в нашем обществе такой же беспорядок, как и везде; но снаружи
формы еще красивы, так что если жить, чтобы только
проходить мимо, то уж лучше тут, чем где-нибудь».
«Высочайшая минута»
проходит. Возвращается ненавистное время — призрачная, но неотрывно-цепкая
форма нашего сознания. Вечность превращается
в жалкие пять секунд, высшая гармония жизни исчезает, мир снова темнеет и разваливается на хаотические, разъединенные частички. Наступает другая вечность — холодная и унылая «вечность на аршине пространства». И угрюмое время сосредоточенно отмеривает секунды, часы, дни и годы этой летаргической вечности.
Толпа людей на пристани слилась
в сплошное, темное и мертвое пятно без лиц, без
форм, без движения. Фома отошел от перил и угрюмо стал
ходить по палубе.
Ирина, Кулыгин, с орденом на шее, без усов, и Тузенбах, стоя на террасе, провожают Федотика и Родэ, которые
сходят вниз; оба офицера
в походной
форме.
В самых разнообразных
формах и видах является он перед нами всюду: и на улице, и
в кафешантанах, и
в ресторанах, и даже
в бесчисленных канцеляриях, и, по-видимому, улыбка никогда не
сходит с лица его.
Мы
прошли опять
в «Тонус» и заказали вино; девочке заказали сладкие пирожки, и она стала их анатомировать пальцем, мурлыча и болтая ногами, а мы с Паркером унеслись за пять лет назад. Некоторое время Паркер говорил мне «ты», затем постепенно проникся зрелищем перемены
в лице изящного загорелого моряка, носящего штурманскую
форму с привычной небрежностью опытного морского волка, — и перешел на «вы».
Через плоть, через тело я познакомилась с болью и с той поры не могла уже
проходить мимо страданий,
в какой бы
форме они ни проявлялись.
Но Теркин уже вскочил и сейчас все вспомнил. Лег он, дождавшись Калерии,
в большом волнении. Она его успокоила, сказала, что мальчик еще жив, а остальные дети с слабыми
формами поветрия. Серафима
прошла прямо к себе из лесу. Он ее не стал ждать и ушел наверх, и как только разделся, так и заснул крепко. Не хотел он новых сцен и решил утром рано уехать
в посад, искать доктора и побывать у местных властей.